НЕДРОПОЛЬЗОВАНИЯ, ЭНЕРГЕТИКИ И ЭКОЛОГИИ
30 марта
Фрадкову понравился норвежский стабфонд Константин Смирнов назад Деньги пахнут нефтью Михаил Воробьев назад Регбун придет за ЮКОСом Денис Ребров назад Первый союзник Чубайса Екатерина Дербилова назад Адвокатов из тени Анастасия Корня
Российский премьер разглядел чужой опыт.
Газета
Михаил Фрадков завершил вчера переговоры в Осло и еще раз подчеркнул, что у норвежских компаний "Норск Гидро" и "Статойл" высокие шансы выиграть в середине апреля тендер "Газпрома" на разработку Штокмановского газоконденсатного месторождения. Еще вчера в Осло договорились как можно быстрее разграничить шельфы России и Норвегии, чтобы дать возможность национальным компаниям обеих стран начать нефтегазовые разработки в пограничных зонах.
Кроме того, предполагается и совместное изучение шельфовых запасов с целью их последующей совместной же добычи. Норвежский премьер Йенс Столтенберг был доволен еще и тем, что ему пообещали отменить в России запрет на импорт норвежского лосося, если, конечно, российские ихтиологи, которые уже находятся в Норвегии, не найдут больше в своих пробах тяжелые металлы.
Однако визит Фрадкова интересен не только с нефтегазовой стороны. Российский премьер увидел, как в Норвегии управляют стабилизационным фондом. А эта проблема, как известно, является сейчас одной из ключевых в российской экономической политике. Вчера же о ней говорил министр финансов Алексей Кудрин (см. страницу 13). Напомним, в Норвегии достаточно давно создан государственный нефтяной фонд, основной задачей которого является накопление средств от продажи нефти и газа. Второй целью фонда до недавнего времени являлась стерилизация нефтедолларов, хотя проблема инфляции в Норвегии не стоит так остро, как в России. Пока российский стабфонд выполняет исключительно стерилизационные задачи, норвежцы 1 января 2006 года окончательно превратили государственный нефтяной фонд в сберегательный, соединив его с государственным страховым фондом. Новая структура получила название государственного пенсионного фонда. На протяжении нескольких последних лет норвежский стабфонд (его размер, по данным Фрадкова, в два раза превышает российский) инвестирует средства как в надежные, но малодоходные облигации иностранных государств, так и в рискованные, но высокодоходные бумаги. Управляет им частная управляющая компания. В результате средняя доходность от инвестиций стабфонда около 5-6% в год. В 2003 году норвежскому фонду удалось добиться рекордных 12% годовых. На Фрадкова норвежский опыт произвел впечатление: "Он дает хороший пример использования накопленных средств". Премьер, отвечая на вопрос "Газеты", не исключил возможности инвестирования средств российского стабфонда в акции крупнейших зарубежных компаний. "Тут, - подчеркнул российский премьер, - нужны осторожные и взвешенные решения. Не лишая себя возможности использования норвежского опыта, нужно иметь в виду, что вложение средств стабфонда в акции имеет свои особенности".
Ясно, что спор, куда вкладывать деньги стабфонда, в российском правительстве может возобновиться, хотя возможен и компромисс. Минфин и ЦБ, которые до сих пор выступают категорически против вложения средств стабфонда в акции крупнейших компаний, в самое ближайшее время получат право покупать на деньги фонда малодоходные облигации иностранных правительств. Но в последующем предполагается, по данным источников "Газеты" в российском правительстве, что инвестиции пойдут и в иностранные "голубые фишки" и заниматься размещением этих средств будет, скорее всего, частная управляющая компания.
Битва за средства стабфонда может изменить механизм формирования бюджета России.
Время новостей
Как ни парадоксально, но, похоже, высокая инфляция, зафиксированная в начале года (в январе-феврале 4,1%) оказалась на руку министру финансов Алексею Кудрину. Именно обуздание "расшалившихся" потребительских цен теперь объявлено безусловным приоритетом на самом высоком политическом уровне. Поэтому главе Минфина чуть проще противостоять той части политико-экономической элиты, которая требует новых бюджетных расходов, а также использования средств стабилизационного фонда внутри страны. Впрочем, "чуть проще" вполне может легко трансформироваться в "намного сложнее", учитывая усилившееся давление на Министерство финансов со стороны "неограниченного контингента" сторонников бюджетных вливаний в экономику. Для них каждый новый миллиард рублей в стабфонде (его размер на 1 марта составил 1,56 трлн руб., а в скором времени он достигнет объема 10% ВВП) не меньший раздражитель, чем соль для открытой раны.
Ни для кого не секрет, что глава Минфина остается сегодня чуть ли не единственным высокопоставленным чиновником, продолжающим настаивать на ограничении роста бюджетных расходов, объем которых уже угрожает макроэкономической стабильности. Г-н Кудрин отстаивает идею максимально возможной стерилизации нефтедолларов в стабилизационном фонде. "После двух лет существования накопленная в стабфонде необходимая "подушка безопасности" (установленная законом сумма в 500 млрд руб. позволяющая избежать бюджетных проблем при резком падении цен на нефть. - Ред.) отходит по значению на второй план, на первый план выходит задача обеспечения низкой инфляции", - не устает говорить министр. Он уверен, что при наличии политической воли снизить инфляцию до 4-5% к 2008 году и до 3-4% к 2009-му вполне реально (по итогам 2005 года она составила 10,9%).
Вчера на "круглом столе" в Высшей школе экономики Алексей Кудрин, не появлявшийся на публике более двух недель из-за болезни, прочитал целую лекцию по финансово-бюджетной политике, попутно "громя" за попытки покушения на стабфонд осмелевших за время его отсутствия в коридорах власти оппонентов. Правда, хотя ряд участников дискуссии с некоторыми высказываниями министра не соглашались, эмоционального спора, как на одном из недавних заседаний правительства, не получилось. В зале отсутствовал главный на сегодня оппонент министра - заместитель руководителя аппарата правительства Михаил Копейкин, у которого, мягко говоря, отличный от главы Минфина взгляд на роль стабфонда в российской истории.
Справедливости ради отметим, что основное возражение участников дискуссии вызвало заявление г-на Кудрина о невозможности использовать средства стабфонда на закупки за рубежом высокотехнологичного оборудования, в том числе медицинского. "Если мы сегодня говорим, что не импортируем, чтобы сохранить внутреннее производство, то можно вообще ничего не импортировать. Потратиться на медицинское оборудование эффективнее, чем держать эти деньги", - заявил, например, вице-президент РАН Александр Некипелов.
Между тем г-н Кудрин решил скорректировать тактику ведения макроэкономической дискуссии: не ограничиваться исключительно поиском новых аргументов, доказывающих несостоятельность предложений оппонентов, но и выдвигать встречные инициативы, реализация которых позволила бы, на его взгляд, отодвинуть угрозу макроэкономической дестабилизации, в частности, роста инфляции и излишнего укрепления рубля. Ранее министр высказывался за перечисление в стабфонд сверхдоходов от экспорта нефтепродуктов и газа. А вчера заявил о готовности изменить сам механизм формирования бюджета, если у власти не хватит политической воли ограничить расходы нефтедолларов. Суть предложения в формировании, как выразился министр, "ненефтяного" бюджета. Иными словами, бюджет формируется не как сейчас, когда часть доходов от экспорта "черного золота" идет в бюджет, а часть в стабфонд, а вовсе без использования нефтедолларов. На покрытие бюджетного дефицита направляются средства стабфонда (по предварительным расчетам Минфина, в 2004 году дефицит "ненефтяного" бюджета составил 2,8%, а в первой половине 2005 года - 4,7%). При этом главное, что объем дефицита, который покрывается нефтедолларами, законодательно ограничивается. "Мы предлагаем не сразу сокращать расходы, а определить дефицит ненефтяного бюджета и не увеличивать его", - пояснил г-н Кудрин.
По его подсчетам, "если бы весь прирост стабфонда за прошлый год был потрачен внутри страны, то прирост денежной массы составил бы не 38%, а превысил 70%, а инфляция дошла бы до 18-20%".
Впрочем, пока Алексей Кудрин не предлагает менять порядок формирования бюджета. По его словам, "действующий в России порядок предпочтительнее: он создает меньше искажений традиционных принципов бюджетной политики, которые себя оправдали и обеспечивают эффективное формирование бюджета". Однако, "если государство и правительство не могут себя никак ограничить в расходах, идут на поводу лоббизма и популизма, тогда, по-видимому, нужно переходить к опыту Норвегии и Казахстана, которые разделили бюджет на две части", заявил министр, отвечая на вопрос газеты "Время новостей" после "круглого стола".
Идею формирования "ненефтяного" бюджета поддержали глава РСПП Александр Шохин, заявивший, что "ползучее увеличение расходов - это главная угроза и для стабильной финансово-бюджетной системы, и для стабфонда", а также научный руководитель Высшей школы экономики Евгений Ясин. Он, однако, считает все же возможным направлять в бюджет часть доходов от нефтеэкспорта, но установить цену отсечения на уровне 8 долл. за баррель (такой была цена нефти в кризисном 1998 году), а не 27 долл./баррель, как сейчас.
Идея пришлась по вкусу и главе Федеральной службы по финансовым рынкам (ФСФР) Олегу Вьюгину, который, к слову, огорошил присутствующих заявлением, что "макроэкономическая политика в последние два года была наихудшей после кризиса 1998 года", а деньги "в основном направлялись на поддержание штанов растущей бюрократии". По словам г-на Вьюгина, "если правительство хочет управлять макроэкономической ситуацией, нужно выработать четкие индикаторы структуры дефицита бюджета без нефтяных доходов". Кроме того, глава ФСФР считает, что стабфонд необходимо разделить на резервный фонд и фонд будущих поколений. Объем резервного фонда может составлять порядка 1 трлн руб., и он должен управляться по консервативной модели. Остальные средства сформируют фонд будущих поколений, основная задача которого долгосрочный прирост капитала. "Большую долю его средств можно было бы вкладывать в акции и облигации компаний с высокими рейтингами", - подчеркнул г-н Вьюгин.
В ходе "круглого стола" Алексей Кудрин выступил с резкой критикой идеи снижения налогов за счет стабилизационного фонда (Михаил Копейкин настаивает на снижении НДС с 18 до 13%, а покрывать бюджетную недостачу предлагает из стабфонда). Министр привел в пример опыт Норвегии, где, несмотря на стабфонд объемом 200 млрд долл., ставки по ряду налогов в последние годы были увеличены. А вот другое предложение аппарата правительства, которое вчера повторил находившийся в Норвегии премьер Михаил Фрадков, глава Минфина поддержал. Речь идет об инвестировании по опыту той же Норвегии средств стабфонда в ценные бумаги крупнейших иностранных компаний и привлечении для этой цели управляющей компании. Правда, когда это произойдет, г-н Кудрин не сказал, дав понять, что нескоро. Еще даже не определен новый объем несгораемой суммы, которая необходима для поддержания бюджета в течение ряда лет в случае резкого снижения нефтяных цен.
По словам министра, чтобы сегодня удовлетворить требования, которые ставились перед несгораемой суммой во время формирования фонда, необходимо уже не 500 млрд, а 1 трлн руб. Однако далеко не факт, что именно эта сумма будет признана достаточной. "Ряд стран определили для себя объем "подушки безопасности" как весь объем госрасходов плюс весь госдолг. Но это крайний вариант. Мы будем искать вариант между самыми крайними точками", - говорит министр.
Вчера журналисты прямо спросили Алексея Кудрина, готов ли он уйти в отставку, если кабинет министров не примет разработанный с его участием план антиинфляционных мер и решит распечатать стабфонд. Г-н Кудрин ответил, что не хотел бы комментировать этот вопрос, но дал понять, что отставки не будет. "Сегодня в целом складывается общая позиция: приоритет - борьба с инфляцией", - как показалось, то ли с удовольствием, то ли с облегчением сказал министр.
Внешний наблюдающий компании приступает к работе.
Время новостей
В ЮКОСе начинается процедура наблюдения, и уже сегодня назначенный судом внешний наблюдающий Эдуард Регбун намерен посетить офис компании. Как только в ЮКОСе получат решение суда, с имущества холдинга будет снят арест, наложенный еще в 2004 году. Теоретически менеджмент получает право продавать активы, стоимость которых не превышает 5% балансовой стоимости всех активов компании. ЮКОС уже не имеет права расплачиваться с кредиторами, но мог бы тратить на производственные нужды, ведь компания в последнее время практически не инвестировала средства в производство. Впрочем, согласно закону г-н Регбун может попытаться наложить вето на сделки по отчуждению имущества. Внешний наблюдающий не исключает, что воспользуется таким правом, но в любом случае обещает действовать "в интересах и должника, и кредиторов, и общества, как и предписывает закон". "Я буду смотреть, для чего нужно продавать активы (если такое решение будет принято менеджментом. - Ред.). У них есть смета расходов, ее, наверное, хватает. Платить по долгам они уже не имеют права - это будет нарушение закона, ведь получается, что таким образом они отдают предпочтение кому-то из кредиторов. Я буду принимать решения в зависимости от ситуации", - заявил он "Времени новостей".
Иск о банкротстве ЮКОСа 10 марта подали банки-кредиторы, которым компания должна была 464 млн долл. Во вторник суд рассмотрел дело и назначил процедуру внешнего наблюдения (см. вчерашний номер "Времени новостей"). "Есть все формальные признаки несостоятельности, и банки подали заявления о банкротстве. Это западные банки, либеральный демократический Запад. Но когда разговор идет о деньгах, то никто не обращает внимание на произношение", - говорит г-н Регбун.
Впрочем, в суд кредиторы пошли не по собственной воле. В действительности они еще в конце декабря подписали с государственной "Роснефтью" договор о переуступке права требования, за которое госкомпания заплатила со скидкой - 455 млн долл. При этом одним из условий соглашения была подача иска о банкротстве ЮКОСа в кратчайшие сроки. Договор устанавливал, что "Роснефть" заплатит деньги во "второй рабочий день после даты, когда получит уведомление, подтверждающее, что Агент (банки. - Ред.) получил копию определения арбитражного суда Москвы, которым суд принял заявление о банкротстве". Стороны выполнили эти условия.
Как пояснил Интерфаксу юрист ЮКОСа Александр Морозов, после введения процедуры наблюдения компания может совершать сделки с некоторыми активами. Однако, добавляет г-н Морозов, внешний наблюдающий имеет право обратиться в суд с требованием запретить осуществлять такие сделки без его согласия. По состоянию на 30 сентября 2005 года балансовая стоимость активов ЮКОСа составляла 128 млрд руб. (около 465 млн долларов).
Также внешний наблюдающий может обратиться в суд с ходатайством об отстранении президента ЮКОСа, проживающего с прошлого года в Лондоне, Стивена Тиди от его должности. "В случае отстранения президента полномочия руководителя переходят к кандидату, предложенному акционерами или советом директоров компании, либо заместителю президента компании или любому сотруднику компании", - поясняет г-н Морозов.
"Если есть препятствия по исполнению требований закона, я действительно имею право поставить перед судом вопрос об отстранении президента", - подтверждает г-н Регбун. Впрочем, внешний наблюдающий пока не хочет делать далеко идущих прогнозов. "Мне бы не хотелось принимать какие-то вероятностные решения. Вопросы должны решаться по мере их поступления. Сама же процедура наблюдения четко определена законом. Сейчас я начинаю анализировать ситуацию, потребую документы и буду разбираться с тем, что произошло. Я должен получить решение суда, ознакомить должника с правами, которыми я обладаю, и ограничениями, которые закон накладывает на его действия. Все остальное - это вероятностные картины", - сказал г-н Регбун.
В трехмесячный срок внешний наблюдающий должен провести финансовый анализ состояния компании, оповестить всех кредиторов о начале наблюдения, а затем созвать их собрание. Судебное заседание, где рассмотрят ход банкротства ЮКОСа, назначено на 27 июня. На нем будет решаться, каким станет следующий этап работы с компанией. Как правило, после наблюдения вводится внешнее управление или финансовое оздоровление компании (занимает от трех до семи месяцев). Внешний наблюдающий определит механизмы расчета с кредиторами, а если компания способна после возмещения долгов продолжать свою деятельность, то возбуждается процедура финансового оздоровления. Впрочем, эта процедура, как отмечают юристы, может и не вводиться. Третий этап банкротства компании - конкурсное производство. Конкурсный управляющий готовит компанию либо к ликвидации, либо к распродаже имущества.
Минпромэнерго хочет инвестировать в энергетику $7 млрд.
Ведомости
Государство может потратить порядка $7 млрд на получение контрольного пакета в "Гидро-ОГК", а также 75% акций Федеральной сетевой компании и "Системного оператора". С этим предложением РАО "ЕЭС России" уже согласилось Минпромэнерго. Теперь его предстоит обсудить правительству. Но аппетиты РАО этим не ограничиваются. Энергохолдинг просит из бюджета еще $8 млрд на ликвидацию перекрестного субсидирования.
По плану реформы после ликвидации РАО акции всех ее "дочек" будут распределены среди акционеров энергохолдинга на пропорциональной основе. Как после этого правительство увеличит свою долю в ФСК, СО и "Гидро-ОГК", пока не решено. В начале марта РАО ЕЭС предложило правительству новый способ увеличения госдоли в ФСК, СО и "Гидро-ОГК" - допэмиссию акций этих компаний в пользу государства. Теперь у РАО нашлись сторонники. Минпромэнерго вчера направило в правительство предложения по увеличению госдоли в ФСК, СО и "Гидро-ОГК" за деньги. Предлагается проводить допэмиссии этих компаний в пользу государства, поясняет директор департамента Минпромэнерго Вячеслав Кравченко. Деньги на выкуп акций, по его словам, должны выделяться из бюджета. По мнению Кравченко, если правительство поддержит эту идею, положение закона можно выполнить за несколько лет.
РАО посчитало, что на выкуп допэмиссий государству потребуется 204 млрд руб.: большая часть - 160 млрд руб. -пойдет на выкуп акций ФСК, 39 млрд руб. - "Гидро-ОГК" и чуть больше 5 млрд руб. - СО. РАО предлагает сделать это в течение 2007-2008 гг., в следующем году потратить 92,5 млрд руб. (расчеты энергохолдинга имеются в распоряжении "Ведомостей"). Эти деньги пойдут на модернизацию энергосистемы - достройку ГЭС советского периода, модернизацию и строительство сетей и подстанций, поясняет представитель РАО.
О катастрофической нехватке инвестиций РАО заговорило после прошлогодней аварии на подстанции "Чагино", в результате которой без энергии осталась половина Москвы. Именно на такие объекты и нужны деньги, поясняет представитель РАО. К тому же инвестиции не будут переложены на плечи потребителей через тариф.
Это предложение имеет все шансы на успех. Источник, близкий к Кремлю, говорит, что власти поддерживают идею допэмиссии: "Необходимо обсудить лишь ее стоимость". Но окончательное решение о том, позволять ли государству проводить допэмиссию в свою пользу, будут принимать миноритарные акционеры РАО ЕЭС, говорит управляющий партнер юрфирмы AST Legal Анатолий Юшин: государство как заинтересованное лицо не сможет голосовать по этому вопросу. Представитель РАО надеется, что миноритарные акционеры ФСК, СО и "Гидро-ОГК" поддержат идею допэмиссий, ведь в итоге капитализация компаний вырастет.
Вряд ли такая схема выгодна миноритариям, возражает аналитик инвестбанка "Траст" Андрей Зубков: "Идти на размывание доли можно, если точно знаешь, что стоимость компании вырастет, а здесь неясно, на что именно пойдут деньги от допэмиссии". Впрочем, он уверен, что государство сумеет найти способ "продавить нужное решение". Представитель одного из стратегических акционеров РАО признался, что согласится на вариант РАО, если у частных акционеров будет возможность поучаствовать в допэмиссии тепловых ОГК.
Хочет вывести Антон Иванов.
Ведомости
В Высшем арбитражном суде (ВАС) подготовили законопроект, который должен сделать прозрачной систему оплаты труда адвокатов. Это позволит вычислять реальные суммы судебных издержек, а значит, разгрузить суды: у коммерсантов и госслужащих отпадет желание судиться по пустякам, если за проигрыш придется платить десятки тысяч долларов.
С серией инициатив, направленных на повышение эффективности правосудия, председатель ВАС Антон Иванов выступил еще в конце прошлого года. Они уже оформлены в законопроект, с которым удалось познакомиться "Ведомостям". Адвокатские гонорары должны стать точкой отсчета судебных издержек, считают авторы проекта.
Судебный процесс для проигравшей стороны оказывается практически бесплатным, а это способствует необоснованным обращениям в суд, полагают в ВАС . Высокая стоимость издержек должна стать своего рода фильтром, поясняет руководитель секретариата ВАС Игорь Дроздов. Зарубежная практика показывает, что дорогостоящий судебный процесс заставляет участников спора искать другие способы урегулирования конфликта - в Канаде, например, до суда доходит только 4% дел, подчеркивает Дроздов.
Если поправки будут приняты, адвокатам придется регулярно докладывать в адвокатскую палату о "действующих почасовых ставках" на свои услуги. Определять их размер адвокат может самостоятельно, но менять "тариф" разрешат не чаще чем раз в год. Информация о почасовых ставках вносится в региональный реестр адвокатов, а за ее отсутствие адвокат может лишиться своего статуса. Право на гонорар он получит, лишь когда предоставит клиенту отчет с указанием количества потраченных на его дело часов.
Федеральная палата адвокатов успела высказать ряд возражений на предложения ВАС. Больше всего нареканий вызвало предложение отказаться от "гонорара успеха" - вознаграждения, которое адвокат получает только в случае победы (как правило, оно исчисляется в процентах от суммы иска). В заключении палаты отмечается, что такое ограничение нарушает конституционный принцип свободы договора. Кроме того, достоянием третьих лиц не может быть отчет адвоката перед доверителем - это адвокатская тайна.
По словам председателя ВАС Антона Иванова, речь не идет о попытке наладить контроль за адвокатурой. "Нам это совершенно не нужно. Мы просто пытаемся создать объективный масштаб разумности расходов, которые мы будем взыскивать в наших судах, - пояснил он "Ведомостям". - Безусловно, адвокаты имеют право и на другие формы гонорара, например на "гонорар успеха". Но при этом надо понимать, что если они определили гонорар иначе, то эти расходы судом не будут взысканы".
"Может, это дисциплинирует государственные органы и они будут осторожнее судиться, - предполагает директор фирмы "Русские эксперты" Александр Шмаков. - Но большинство юридических фирм работают "на проектной основе" - не считают часы, а заранее согласовывают с клиентом стоимость юридического сопровождения проекта". Дмитрий Степанов из коллегии "Юков, Хренов и партнеры" отмечает, что реальная стоимость дела может измеряться и десятками, и сотнями тысяч долларов. Даже в одной юридической фирме час может стоить по-разному - от $80 до $350 в зависимости от квалификации юриста, добавляет Шмаков.
Правосудие не должно быть дешевым, соглашается коллега Степанова Александр Хренов, однако проблему можно было бы решить и за счет повышения госпошлины.