media.lawtek.ru
ВЫШЛИ В СВЕТ
КОНТАКТЫ

115054 Москва, ул. Зацепа, 23

Тел.:  +7 (495) 215-54-43,
Тел.:  +7 (499) 235-47-88,
Тел.:  +7 (499) 787-70-22,
Тел.:  +7 (499) 787-76-85.
Факс: +7 (499) 235-23-61.

e-mail: info@lawtek.ru

Внимание!!!

Временно единый телефон ПравоТЭК +7 (495) 215-54-43

06.11.2020

Взгляд

Долгие годы Александр Лукашенко обещал найти нефть в недрах собственной страны. Теперь он планирует добывать ее на территории России, купив для этого месторождение. Но продаются ли российские недра иностранцам и на что в реальности может рассчитывать президент Белоруссии?

Россия могла бы продать Белоруссии нефтяное месторождение на своей территории. Такое предложение озвучил Александр Лукашенко в телефонном разговоре с Владимиром Путиным. Позже в Кремле отметили, что в этом вопросе еще нет никакой конкретики, предложение от Минска поступило и будет прорабатываться в министерствах и ведомствах.

Обсуждалось ли какое-то конкретное месторождение, которым хочет обладать Лукашенко, не сообщается.

В Россим стать владельцем недр, богатых газом и нефтью, не могут не только иностранные государства и компании, но и российские фирмы. Наши нефтедобытчики, например, не владеют землей, на которой ведут бурение. Они получают всего лишь лицензии на разработку и эксплуатацию определенных участков.

"Покупка" в этом контексте лукавое слово. У нас даже российские компании, например Роснефть, не имеют в собственности недра. Для простоты мы можем говорить "купить месторождение". Но недра принадлежат государству, их нельзя купить, продать. Лицензии выдаются на определенный срок, как правило, на 20-30 лет. Они дают право на разработку и право на добычу", — говорит глава Фонда национальной энергетической безопасности Константин Симонов. В лицензионном соглашении заранее и четко прописываются все параметры, в том числе по добыче, и нарушать их нельзя. За редким исключением. Например, сейчас многие компании в России вынуждены нарушать лицензионные соглашения в связи с выполнением сделки ОПЕК+ по сокращению добычи. И им придется согласовывать с государством изменения условий лицензионных соглашений. Впрочем, в такой необычной ситуации проблем у нефтяников с лицензиями, скорее всего, не возникнет.

"Белоруссия как государство вряд ли будет владеть российскими недрами. Это немыслимо. В законе "О недрах" такого не предусмотрено. Это вам не земельные участки под посольство", — говорит Симонов.

Поэтому речь скорее идет о том, что Лукашенко попросил дать ему лицензию на разработку и эксплуатацию российского месторождения. И это вполне возможно. Более того, госкомпания "Белоруснефть" уже давно добывает нефть на территории России. Еще в 2013 году белорусская компания купила НК "Янгпур" за 112 млн долларов вместе с лицензией на право пользования недрами Известинского участка недр на Ямале (ЯНАО). В границах этого участка недр открыто шесть месторождений, и на пяти из них ведется добыча. Любопытно, что добываемую в России нефть белорусы экспортируют, и неплохо на этом зарабатывают. Тогда как для собственных НПЗ Минск закупает российскую нефть, не платя пошлин, что делает покупку крайне выгодной. Другое дело, что белорусы владеют небольшим месторождением в России. В 2019 году "Янгпур" (белорусская "дочка") нарастила добычу нефти на Известинском месторождении на 16%, до 224 тыс. тонн. Для понимания: Белоруссия покупает у России 18 млн тонн нефти для переработки на собственных НПЗ для реэкспорта в третьи страны.

"Белорусы добывают у нас 1,5% от того, что нужно Белоруссии в год. Минск может просить дать еще одно, более крупное месторождение. Но лично я не представляю, чтобы Белоруссии дали проект на 2-3 млн тонн нефти в год. С чего это вдруг белорусской компании достанутся сладкие куски? Тем более что все хорошие месторождения в России на самом деле уже давно разобрали", — говорит глава ФНЭБ.

Рассчитывать на долю, а тем более контрольную долю в уже готовом крупном месторождении, Белоруссии вряд ли стоит. "У нас есть проекты, где иностранная компания владеет долей больше половины. Например, по СРП (соглашению о разделе продукции) типа "Сахалин-1" или когда речь идет об относительно мелких месторождениях. Но закон ограничивает долю в руках иностранцев в отношении месторождений на шельфе и стратегических месторождений на суше с запасами более 70 млн тонн нефти в год", — поясняет Симонов. Иностранцы, как правило, заходят в проекты в партнерстве с российскими компаниями, это стандартная практика во всем мире.
Белоруссия может рассчитывать, скорее всего, лишь на небольшое новое месторождение, которое нужно разрабатывать с нуля (так называемый проект-гринфильд).

Возникает вопрос — где Белоруссия возьмет деньги на инвестиции в это новое месторождение? "У республики нет свободных денег для инвестиций, нет возможностей привлекать современные технологии, нанимать специалистов. А в России уже нет легко извлекаемой нефти. Вероятно, Белоруссия рассчитывает получить от нас не только нефтяное месторождение, но также кредит для его разработки и еще российских подрядчиков для выполнения работ. Это будет аттракцион невиданной щедрости со стороны России", — говорит Симонов.

При текущих ценах на нефть разрабатывать новые месторождения — не очень выгодная затея. Если, конечно, проект не получает налоговых льгот. Но с какой стати белорусская компания должна получать налоговые льготы от РФ, в то время как российские компании несут налоговые издержки, удивляется собеседник. "Если белорусы получат еще и особые налоговые условия, это будет скандальная ситуация. Мне кажется, Москва на это не пойдет", — говорит эксперт.

Еще один момент. Даже если предположить, что Россия лицензию белорусам выдала и кредит дала, и налоговые льготы предоставила, надо понимать, что от момента первых инвестиций до первой нефти пройдет четыре-пять лет. "Уверены ли мы, что через четыре-пять лет Лукашенко останется президентом? У меня большие сомнения на этот счет. Лукашенко не сумеет воспользоваться плодами всей этой истории", — считает Симонов.

Поэтому предложение президента Белоруссии купить российское месторождение эксперт расценивает как не более чем информационный шум. "Он это придумал, потому у него такой период, когда нужно что-то придумать.

Это попытка Лукашенко показать всем, что он по-прежнему любим Россией и ему готовы здесь помогать", — считает Симонов.

Сомневается в том, что Россия легко одобрит запрос на месторождение и ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков. "Сейчас Москва начала ставить вопрос: мы вам даем экономическую помощь, дешевую нефть, дешевый газ, а вы нам что? Пока мы двигаемся к интеграции, мы даем вам бонусы. Если пробуксовываем — бонусы останавливаются", — отметил собеседник. Поэтому "для Белоруссии получение месторождения в России пройдет только на условиях обмена". При этом Юшков считает, что Белоруссия "явно намекает на то, чтобы почти бесплатно получить месторождение".

Что Россия могла бы получить в обмен на свое месторождение? Москва могла бы попросить долю в белорусском активе, например в нефтеперерабатывающих заводах Белоруссии. Газотранспортная система Белоруссии уже давно принадлежит Газпрому. Это может стать некой "расплатой" за вводимый Россией налоговый маневр, из-за которого с каждым годом цена российской нефти для Белоруссии будет все ближе к мировой рыночной цене. Москва также может добиваться реальной экономической интеграции с белорусской экономикой.

"Каждый из вариантов приемлем. Но продажа месторождения взамен НПЗ не так интересна России, а продажа неконтрольного пакета в месторождении не совсем интересна Белоруссии. А вопрос получения компенсации от налогового маневра можно было решить и без покупки месторождения", — считает доцент кафедры финансового менеджмента РЭУ им. Г. В. Плеханова Аяз Алиев. По его мнению, этот вопрос масштабней. "Скорее это начало более масштабного взаимодействия между двумя странами в политическом и экономическом направлении. И вопрос единой валюты — это одно из условий", — говорит Алиев.

В случае, если белорусы не захотят ничего давать российским компаниям взамен, Москва может предложить Минску претендовать на месторождение, "но в общей очереди через аукцион", не исключает Юшков.

Ольга Самофалова

 

 

Крупнейшая российская частная нефтяная компания переводит свои предприятия на давальческую схему.

Газета РБК

Крупнейшая частная нефтяная компания России ЛУКОЙЛ с начала 2021 года планирует перевести свои российские нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) на схему процессинга, или давальческий принцип работы. Об этом РБК рассказал источник в компании и подтвердил федеральный чиновник.

По словам собеседников РБК, это делается в первую очередь в целях оптимизации расходов и операционного управления. Представитель ЛУКОЙЛа отказался от комментариев.

У ЛУКОЙЛа четыре НПЗ в России — в Волгограде, Нижнем Новгороде, Перми и Ухте. В первом полугодии 2020 года они снизили переработку на 6,9%, до 21,7 млн т нефти. За полгода заводы выпустили 28,67 млн т нефтепродуктов, что на 17,7% ниже уровня аналогичного периода предыдущего года.

Сейчас заводы ЛУКОЙЛа покупают нефть у добывающих "дочек" компании, перерабатывают ее и сами реализуют нефтепродукты. Согласно схеме процессинга владелец нефти поставляет ее на НПЗ, платит заводу за услуги по ее переработке, а затем получает и сам продает нефтепродукты.

Зачем ЛУКОЙЛу новая схема

Переход на процессинговую схему позволил бы заводам ЛУКОЙЛа стабилизировать уровень маржинальной доходности от переработки нефти, считает гендиректор ИГ "Петромаркет" Иван Хомутов. "В текущей схеме НПЗ сильно зависимы от сложившихся цен на нефть и нефтепродукты в мире и на российском рынке и потому могут генерировать как очень высокую маржу, так и очень низкую. В давальческой схеме такие колебания исключены: НПЗ получают стабильный уровень прибыли, не привязанный к конъюнктуре рынков", — отмечает он.

Например, в мае 2020 года маржа переработки на российских заводах ЛУКОЙЛа упала в среднем до минус $5,3 за баррель, писали эксперты Argus со ссылкой на данные компании. Еще по итогам первого квартала и апреля 2020 года этот показатель был положительным — $3,1 и $3,2 за баррель соответственно.

Исполнительный директор департамента рынка капиталов "Универ Капитал" Артем Тузов полагает, что в условиях падения прибыли и маржи переработки переход на процессинг становится одним из вариантов снижения издержек. В июне первый вице-президент ЛУКОЙЛа по экономике и финансам Александр Матыцын сообщил, что в 2020 году компания сократит капзатраты примерно на 20%, до 450-500 млрд руб. (без учета проекта "Западная Курна-2" в Ираке). Причина их снижения — резкое падение прибыли из-за обрушения цен на нефть на фоне пандемии коронавируса, а также необходимость сокращать добычу нефти в рамках сделки ОПЕК+. Чистый убыток ЛУКОЙЛа за первое полугодие 2020 года составил 64,7 млрд руб. против прибыли в 330 млрд руб. за аналогичный период прошлого года, а выручка упала на 33,3%, до 2,65 трлн руб.

С 11 января 2021 года продолжительность рабочего времени работников корпоративного центра (штаб-квартиры) и аппаратов управления "дочек" ЛУКОЙЛа будет уменьшена на 12,5%, до 35 часов в неделю, сообщила в четверг, 5 ноября, пресс-служба компании. Такое решение принято для "повышения операционной эффективности при сохранении рабочих мест".

Перевод заводов на давальческую схему выгоден также более быстрым возвратом НДС, говорит источник в одном из профильных ведомств: этот налог будет платить только головная компания, а не все заводы, как сейчас. Компания может претендовать на возмещение НДС на часть расходов при работе с контрагентами, уточняет партнер юридической компании "Шаповалов Петров" Сергей Шаповалов. Ее заводы сейчас имеют право на возврат НДС за операции по покупке нефти. После перехода на процессинг налог будет возвращаться только головной компании, но его размер не должен измениться, уточнил эксперт. Компания сможет сократить расходы на обслуживание счетов и персонал, добавляет источник в профильном ведомстве.

Как процессинг отразится на прибыли НПЗ ЛУКОЙЛа

Прибыль завода, получающего плату за процессинг, в разы ниже, чем доход предприятия, самостоятельно закупающего нефть и реализующего нефтепродукты, замечает Тузов. В результате перехода на процессинг сокращается уплата налогов в бюджеты регионов, где расположены заводы, (например, региональной части налога на прибыль), поскольку главную налоговую нагрузку будет нести головная компания, а не НПЗ, добавляет он. В том числе к ней перейдут обязательства по демпфирующей нагрузке — этот механизм призван удерживать цены на бензин и дизельное топливо внутри России на стабильном уровне: при низких экспортных ценах стоимость топлива на внутреннем рынке в рублях не снижается, что позволяет нефтяникам получать сверхприбыль, частью которой они делятся с бюджетом, а при высоких ценах на нефть компаниям, наоборот, доплачивают из бюджета за сдерживание цен на бензин.

Суть перевода НПЗ на процессинговую схему — это перемещение центра формирования прибыли от переработки нефти с заводов на головную компанию, поэтому будет перенесен и центр уплаты региональной части налога на прибыль с регионов, в которых расположены заводы, на регион, где зарегистрирована головная компания, подтверждает Хомутов.

По оценке Тузова, при переходе на процессинг прибыль заводов может упасть на 70%, а с ней и поступления в региональные бюджеты. Сейчас они могут составлять до 5 млрд руб. в год только за счет региональной доли налога на прибыль. Размер демпфера должен остаться неизменным в случае смены юрлица, которое будет его выплачивать, при сохранении прежних объемов переработки топлива и выработки нефтепродуктов.

В целом по отрасли прогнозный размер поступлений от демпфера в 2020 году оценивается в 292 млрд руб. при среднегодовой цене на нефть в 2020 году $41,8 за баррель и курсе 71,2 руб. за доллар, следует из проекта бюджета на следующую трехлетку. В 2021 году он может снизиться до 204 млрд руб. (при цене $45,3 за баррель и курсе 72,4 руб. за доллар).

Людмила Подобедова

 

 

Придется ли ОПЕК+ еще больше сокращать добычу нефти.

Российская газета

Введение повторных карантинов разной степени строгости во многих странах мира все сильнее подтачивает надежды на восстановление, пусть даже медленное, спроса на нефть и нефтепродукты в ближайшей перспективе. Сомнения стали вызывать не только сроки возвращения их потребления на докризисный уровень, но и достаточность уже запланированных усилий ОПЕК+ для удержания стабильности на рынке в период второй волны пандемии.

О возможности усиления сокращения добычи нефти из-за низкого спроса первой сообщила со ссылкой на источники в ОПЕК газета The Wall Street Journal. В Минэнерго России тему пока комментировать не готовы, но ранее глава ведомства Александр Новак говорил, что для принятия окончательного решения нужно будет посмотреть, как будет развиваться ситуация на нефтяном рынке в течение ноября.

Сдержанность участников ОПЕК+ объяснить просто — скачки котировок барреля можно было бы сгладить ранними заявлениями, например, о продлении действующих условий сокращения в 7,7 млн баррелей в сутки на три месяца 2021 года, но помимо пандемии рынок дестабилизирован неопределенностью с выборами в США, которая к концу ноября будет снята. К этому сроку также будет лучше видно, до каких объемов дорастет добыча в Ливии, составляющая уже 800 тысяч баррелей в сутки. Фактически к декабрю непредсказуемым для нефтяного рынка останется только коронавирус — враг уже старый, хотя от этого и не менее опасный. Вот тогда и можно будет разыгрывать козырные карты.

"В настоящий момент однозначно прогнозировать масштабы и продолжительность второй волны затруднительно, однако предпринимаемые уже сейчас карантинные меры в ряде крупнейших экономик мира позволяют сделать вывод об ожидаемом замедлении экономической активности и, как следствие, возможном сокращении спроса на нефть и нефтепродукты", — говорит директор департамента консалтинга "Делойт", СНГ Павел Евтеев. В ответ на это участники сделки ОПЕК+ будут вынуждены искать механизмы достижения оптимального баланса спроса и предложения — как минимум сохраняя квоты на текущем уровне, не исключаю, что существующий план будет пересмотрен, и квота сокращения с 1 января 2021 года может быть увеличена, считает он.

Самое простое решение не снижать объем сокращения добычи с января 2021 года. Но если спрос на нефть начнет падать с сегодняшних значений, то возможно и возвращение к максимальному уровню сокращения в 9,7 млн баррелей.

Сергей Тихонов

<< Ноябрь, 2020 >>
Пн Вт С Ч П С В
1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30
ПОДПИСКА НА НОВОСТИ

Если Вы хотите подписаться
на рассылку новостей
перейдите по ссылке

АНАЛИЗ И КОММЕНТАРИИ
МОНИТОРИНГ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
ПРАКТИКА МИНИСТЕРСТВ И ВЕДОМСТВ