media.lawtek.ru
ВЫШЛИ В СВЕТ
КОНТАКТЫ

115054 Москва, ул. Зацепа, 23

Тел.:  +7 (495) 215-54-43,
Тел.:  +7 (499) 235-47-88,
Тел.:  +7 (499) 787-70-22,
Тел.:  +7 (499) 787-76-85.
Факс: +7 (499) 235-23-61.

e-mail: info@lawtek.ru

Внимание!!!

Временно единый телефон ПравоТЭК +7 (495) 215-54-43

26.03.2015

Большинство экспертов против сворачивания работ на шельфе.

"Российская газета"

Даже в сложных экономических и политических условиях нефтедобыча на Арктическом шельфе остается локомотивом развития северных регионов. Она стимулирует развитие инновационных производств и транспортной инфраструктуры, в том числе Северного морского пути, и прекращать ее нецелесообразно. К такому выводу пришло абсолютное большинство экспертов, опрошенных Институтом региональных проблем в январе-феврале этого года.

В опросе участвовали 100 экспертов из 9 северных регионов — ученые, представители власти и общественных организаций коренных народов, руководители предприятий. И 72% из них делают ставку именно на развитие огромного потенциала минерально-сырьевой базы Арктического шельфа. Их аргументация: развитие нефтедобычи в условиях Арктики способствует созданию высокотехнологичных рабочих мест и, соответственно, росту доходов населения, улучшению социальной ситуации. Кроме того, это создает условия для развития других отраслей экономики. Противоположная позиция (14% опрошенных) — развитие нефтедобычи на шельфе экономически невыгодно.

Тем временем все чаще высказывается мнение, что дорогостоящие арктические проекты следует свернуть (некоторые уже остановлены) и вернуться к ним тогда, когда конъюнктура на мировом рынке углеводородов станет более благоприятной. И среди опрошенных экспертов именно в этом вопросе выявились самые большие расхождения мнений. За продолжение проектов высказались лишь 57%. Они считают, что низкие цены продержатся недолго, а проект масштабный и долгосрочный — чтобы успеть к периоду высоких цен, работы надо не сокращать, а ускорять. Еще аргумент — другие страны своей активности в Арктике не сокращают. И, возможно, самое главное: консервация объектов обойдется дороже, чем продолжение работ. Недостроенное и брошенное в экстремальных погодных условиях через 1-3 года будет разрушаться. Оппоненты, со своей стороны, утверждают: дефицита добычи углеводородов для внутреннего рынка у нас нет, поэтому в условиях кризиса надо сосредоточиться на проектах, которые быстро принесут отдачу.

Что касается долгосрочных перспектив, то подавляющее большинство экспертов (74%) сошлись на том, что разработка шельфовых арктических проектов — это надежное обеспечение энергетической и национальной безопасности России. Кроме того, освоение шельфа Арктики — это инвестиции в знания и технологии, которые являются основой мощи и суверенитета страны.

По мнению президента Института национальной стратегии Михаила Ремизова, в условиях кризиса надо четко расставить приоритеты. "Разведка на шельфе — мегапроект, — говорит он. — Сейчас страна не может себе позволить много мегапроектов, поэтому надо выбирать". На это гендиректор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев заметил: "Арктика — несомненно, локомотив экономики. Мы с Ремизовым спорим только о числе вагонов".

Татьяна Смольякова

 

 

ФСК может получить 50,5 млрд руб. из ФНБ на электрификацию БАМа и Транссиба, но и, как другие госкомпании, рассчитывает на отсрочку по выплате процентов.

"Ведомости"

В начале марта правительство направило президенту Путину доклад с предложением внести проекты Федеральной сетевой компании (ФСК) по электрификации БАМа и Транссиба в список самоокупаемых проектов, которые получат средства из фонда национального благосостояния (ФНБ), рассказал "Ведомостям" источник в сетевом комплексе и подтвердил собеседник в правительстве. Требуемая сумма — до 50,5 млрд руб., рассказывают они (в прошлом году ФСК запрашивала 56 млрд руб.). Доклад направлен с формулировкой "прошу Вашей резолюции", но вероятность положительного решения — 50 на 50, предупреждает собеседник в правительстве. Документ подписан первым вице-премьером Игорем Шуваловым, говорит один из собеседников "Ведомостей". Представитель Шувалова отказался от комментариев.

ФСК собирается развивать сетевую инфраструктуру вдоль БАМа и Транссиба в соответствии с проектом РЖД по расширению магистралей. Первоначально сетевое строительство компания оценила в 179 млрд руб., из них около 70 млрд руб. — за счет ФНБ, остальное — за счет инвестпрограммы. Но по итогам обсуждения с Минэкономразвития и Минэнерго в прошлом году ФСК сократила стоимость программы до 140 млрд руб. А в марте этого года программа еще уменьшилась до 126 млрд руб. Из них собственных средств ФСК собирается вложить 34 млрд руб.

ФСК и Минэкономразвития уже обсуждают детали выделения средств, рассказывают два других собеседника, знакомых с обсуждением, и подтверждает представитель ФСК Дмитрий Клоков. В частности, обсуждается, когда компания должна платить проценты на привлеченные средства. Деньги ФНБ выделяются под процентную ставку "инфляция + 1%" (инфляция в формуле берется за год, предшествующий началу выплаты процентов, уточняет представитель Минэкономразвития). То есть если ФСК привлечет деньги в этом году, то проценты в первый год выплат составят 12,4%, если в следующем — 16,8%. Но ФСК регулируется методом RAB, который гарантирует компании возврат инвестированных средств с определенной доходностью. На пятилетний период регулирования в 2015–2019 гг.

Федеральная служба по тарифам (ФСТ) установила для ФСК норму доходности на инвестированный капитал в 10%, напоминает представитель ФСТ. В случае привлечения средств ФНБ в годы с двузначной инфляцией у ФСК появляется "финансовая дыра", констатирует один из собеседников. Стоимость денег может подешеветь только в 2017 г.: в 2016 г. инвестбанки ожидают инфляции на уровне 7% (консенсуc-прогноз Bloomberg). Представитель Минэкономразвития говорит, что менять стоимость привлечения денег из ФНБ министерство не собирается. Норму доходности на инвестированный капитал ФСК может поменять только правительство, уточняет представитель ФСТ.

В текущих экономических условиях ФСК хотела бы получить средства ФНБ через облигации на условиях "инфляция + 1%", но с льготным периодом по начислению и выплате купонов в первые 10 лет с начала реализации проекта, рассказывает Клоков. То есть в случае выделения денег в 2016 г. выплата процентов начнется только в 2025 г., резюмирует он. Собеседник, близкий к сетевому комплексу, говорит, что Минэкономразвития поддерживает такое предложение, но представитель министерства это не комментирует. Условия выплаты средств ФНБ, в том числе начисленные проценты, определяются индивидуально по результатам оценки комплексного обоснования, а такое обоснование по проектам ФСК в Минэкономразвития еще не поступало, объясняет он. Ранее льготы согласовали другие получатели денег из ФНБ: например, РЖД получит отсрочку по выплате дивидендов на выкупленные префы в течение пяти лет (проект по расширению БАМа и Транссиба), "Росатом" — в течение 10 (строительство АЭС "Ханхикиви" в Финляндии).

Алина Фадеева

 

 

"РБК daily"

Для поддержания добычи нефти на высоком уровне нужно каждые 15-20 лет открывать новую нефтеносную провинцию. А для этого — радикально реформировать российскую геологию.

Сверхдержава задерживается

Судя по тому, что с каждой новой версией правительственная Энергетическая стратегия России становится все пессимистичнее, цель превращения страны в "энергетическую сверхдержаву" отодвигается на неопределенный срок.

В прошлом остались провозглашенные в первых стратегиях планы добычи 871-926 млрд куб. м газа в год. Авторы нового варианта этого документа, о котором недавно рассказал министр энергетики Александр Новак, осторожно говорят о возможности несколько превысить 800-миллиардную планку; они уже не упоминают амбициозные проекты, с которыми, например, связывались надежды завоевать 10-20% американского газового рынка.

Вместо обещаний увеличить добычу нефти до 535 млн т в 2030 году в новом документе предлагается не нарастить, а хотя бы удержать достигнутый уровень в 525 млн т. К тому же говорится и о консервативном сценарии, при котором нефти в России будет добываться все меньше и меньше, и к 2035 году ее объем упадет до 476 млн т.

У стагнации российского нефтегазового сектора есть и внешние, и внутренние причины. С одной стороны, начался период низких цен, которые делают нерентабельным освоение трудноизвлекаемых запасов. Развитие проектов производства сжиженного природного газа привело к переизбытку предложения при застое спроса.

С другой стороны, эти факторы наложились на отечественную специфику: неэффективную и нестабильную налоговую систему, засилье гигантских госкомпаний с дискриминацией частного предпринимательства, ограничения для иностранных инвесторов, юридическую незащищенность прав собственности и т.п. А конфликт с Украиной добавил к грустной картине международные санкции. Совокупность этих факторов делает консервативный сценарий не просто вероятным, но даже чересчур оптимистическим.

Где взять 170 млн т

При этом причины грядущего застоя и упадка для газовой и нефтяной отраслей свои. Если говорить о газе, то разведанных и в принципе готовых к разработке запасов в России столько, что браться за так называемые сланцевые залежи пока особого смысла нет.

Ограничения в этом секторе связаны в основном с нехваткой рынков сбыта: внутренний спрос развивается медленно, Европа при первой возможности будет уходить от "Газпрома" к другим поставщикам. Северо-восточные провинции Китая по объемам спроса никак не в состоянии заменить европейских потребителей, а сжиженный газ России, который теоретически можно поставлять на большие расстояния, на практике не выдерживает конкуренции с газом США или Австралии, не говоря уже о странах Персидского залива.

С нефтью дела обстоят по-другому. Те же китайцы, например, готовы купить столько жидких углеводородов, сколько им предложат. Проблема в том, что разведанные объемы нефти в основных месторождениях России выработаны на 60%. Остатки — это главным образом трудноизвлекаемые запасы в мелких месторождениях, что требует дополнительных расходов по освоению (специалисты ЛУКОЙЛа подсчитали, что извлечение одного барреля таких запасов из недр обойдется не менее чем в $85). Добыча на российском континентальном шельфе, тем более в Арктике, повысит себестоимость нефтяного барреля до $150. При нынешнем уровне цен новые проекты оказываются совершенно нерентабельными. На горизонте — тот самый консервативный сценарий авторов новой Энергостратегии, если не хуже.

Чтобы удержать годовую нефтедобычу на уровне 525 млн т, придется ввести в эксплуатацию новые проекты с совокупным потенциалом отдачи примерно 170 млн т в год, а при нынешнем состоянии отрасли это представляется абсолютно нереальным.

При столь мрачных перспективах трудно ожидать, что отечественные нефтяники станут вкладывать значительные средства в разведку не открытых пока ресурсов. Между тем геологи утверждают, что для поддержания добычи на высоком уровне нужно каждые 15-20 лет открывать новую нефтеносную провинцию, а не десяток-другой маленьких залежей, разбросанных на значительном расстоянии друг от друга и находящихся далеко от транспортной инфраструктуры.

Бюрократы против геологов

Иными словами, ключ к спасению нефтяной отрасли — в интенсивном развитии геологоразведки. Правительственные чиновники пошли здесь по привычному пути гигантизма и консолидации. Несколько десятков геологоразведочных предприятий, разбросанных по стране, как эффективных, так и пребывающих в полном упадке, были слиты в госструктуру ОАО "Росгеология". Возникла еще одна бюрократическая контора, которую теперь еще и предлагается сделать единственным исполнителем госзаказа на геологоразведочные работы.

На самом деле геологоразведку нужно не консолидировать и бюрократизировать, а стимулировать, дать ей свободу действий. Имеет смысл прежде всего скорректировать законодательство о недрах, разрешив свободный рыночный оборот лицензий на недропользование, а также легализовать новую для нашей страны категорию недропользователей — юниорские геологоразведочные компании.

Сегодня геологическая компания, владеющая лицензией, может продать только сама себя либо под каждый участок недр создавать дочернюю компанию, а после открытия месторождения — продавать ее. Прямого пути переуступки права недропользования нет. Между тем юниорские компании как раз этим и занимаются: разведывают новые месторождения, подсчитывают запасы и затем продают права недропользования добывающим компаниям.

Таким юниорам надо открыть доступ к разрешениям на поиск и оценку запасов полезных ископаемых в неосвоенных регионах по заявительному, а не конкурсному принципу. Частные предприниматели могут заняться этим бизнесом, зная, что в случае значительного открытия они могут с лихвой возместить все затраты, продав лицензию или ее часть нефтяной компании.

Сейчас ситуация в отрасли иная, что тормозит освоение многих месторождений. Стоит посмотреть на разрастающиеся структуры "Роснефти", в которые уже вошли ранее принадлежавшие частным собственникам активы ЮКОСа, "Удмуртнефти", группы "Итера" и ТНК-ВР. Гигантская госкорпорация накопила около 600 лицензий, а другие операторы лишены доступа к разведке и разработке этих нефтяных запасов. У самой "Роснефти" между тем не хватает ресурсов на их разработку, что приводит к просьбам о переносе сроков работ — в частности, и на шельфе, где доминируют "Роснефть" и "Газпром".

В цикле статей "Россия после кризиса" ведущие экономисты и эксперты рассуждают о том, на какие преимущества наша страна может опереться в развитии экономики, что играет в нашу пользу, а что помешает долгосрочному росту.

Михаил Крутихин, партнер консалтинговой компании RusEnergy

 

 

Брюссель ведет линию на сворачивание делового сотрудничества с Москвой.

"Независимая газета"

Отказ руководства крупнейшего немецкого энергетического концерна Wintershall от проведения традиционной годовой пресс-конференции стал неожиданностью для мировых массмедиа и вызвал многочисленные кривотолки. Ведь председатель правления концерна Райнер Зеле одновременно занимает пост президента Российско-германской внешнеторговой палаты, и тот факт, что его мнение оказалось недоступным для многих, достаточно показателен для складывающейся непростой ситуации в отношениях РФ и Европы.

Опрошенные редакцией немецкие бизнесмены считают, что отказ от пресс-конференции обычно означает нежелание отвечать на острые вопросы. А таких вопросов на несостоявшейся пресс-конференции могло быть задано немало, и наиболее острые были бы связаны со стагнацией российско-германских экономических связей и недавними потерями Wintershall, обусловленными санкционным режимом Брюсселя в отношении России. Ведущий газовый концерн Германии под конец года получил сразу два чувствительных финансовых удара. Речь идет о фактическом блокировании Брюсселем строительства газопровода "Южный поток" (Wintershall должен был стать оператором морского участка данного газопровода) и об отказе из-за напряженной политической ситуации в Европе от сделки по обмену активами с "Газпромом". По мнению ведущих российских газовых специалистов, скорее всего потери Wintershall в конце года в экономических связях с Россией и обусловили фактический отказ руководства концерна от встречи с журналистами. Ясно, что в случае с Wintershall речь идет не столько о санкциях, сколько о принципиальной позиции Брюсселя по ограничению деятельности "Газпрома" в Европе и достижению пресловутой энергобезопасности опять-таки за счет России. По словам Зеле, "были явные сигналы из Европы, что "Газпром" не приветствовался в качестве инвестора".

Сейчас в Брюсселе активно продвигается идея энергобезопасности континента, понимаемая как диверсификация газоснабжения за счет привлечения поставщиков голубого топлива из Каспийского региона, Ирана, Ирака, стран Ближнего Востока и даже США и Австралии. В конечном счете речь идет о существенном сокращении нынешней 30-процентной доли России в европейском газовом балансе и даже о полном вытеснении Москвы из Европы. При этом в Брюсселе предпочитают забыть, что на сегодня доля европейских стран в российских поставках газа составляет 70%. Понятно, что уход из системы энергоснабжения Европы будет иметь для Москвы самые негативные финансовые последствия. Ведь, по сути, европейская энергобезопасность, реализуемая через диверсификацию, может обернуться для российских поставщиков полным бойкотом. То, что такой вариант вполне возможен, показывает пример Литвы, замещающей сегодня российский трубопроводный газ более дорогим сжиженным газом из неевропейских источников. При этом литовские политики называют этот явно экономически невыгодный для страны и ее населения (которому просто приходится больше платить за потребленные энергоресурсы) вариант ценой независимости.

В этом плане продвигаемое Брюсселем создание единого европейского энергетического союза несет в себе угрозу полной блокады России как поставщика энергоресурсов. Ведь если забота об энергоснабжении будет отобрана у национальных правительств и передана в ведение Брюсселя, это создаст условия для ликвидации рынка как такового и трактования любых вариантов топливных поставок в Европу с сугубо политических позиций. Понятно, что тогда при определенных условиях будет политически выгоднее покупать дорогой заокеанский сжиженный газ вместо более дешевого трубопроводного.

Санкции разделили Европу, и скорее всего надолго. Они все больше превращаются в своего рода вид боевых действий, что в условиях глобальной экономики в случае их длительного применения может разрушить мировую экономическую систему, а не только экономику страны, против которой они вводились.

<< Март, 2015 >>
Пн Вт С Ч П С В
1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31
ПОДПИСКА НА НОВОСТИ

Если Вы хотите подписаться
на рассылку новостей
перейдите по ссылке

АНАЛИЗ И КОММЕНТАРИИ
МОНИТОРИНГ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА
ПРАКТИКА МИНИСТЕРСТВ И ВЕДОМСТВ